1999 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010 2011 2012 2013
Дорогой дневник Один выпуск рубрики Насти Лыковой Одна дома Юлия Яковлева сидит дома. Петербургская версия репортажа Алексея Казакова

КонформистАлексей Васильев о второй серии «Гарри Поттера»

Нет, у Гермионы Грейнджер груди так и не нарисовались. И Гарри Поттер прыщами еще не покрылся. Живем. Прыщами, правда, покрылся актер Дэниел Рэдклифф — но на них легко нашлась управа в сериале, знаменитом своими компьютерными эффектами. К тому же три миллиона долларов жалованья, которые профсоюз отсудил 13-летнему актеру за вторую серию «Гарри Поттера» (против причитавшихся 180 тысяч), — достаточно, чтобы решить проблему прыщей и в реальной жизни. Вряд ли только это пригодится: в идеологии «Поттера» прыщи, близорукость, базедова болезнь или излишний вес приветствуются — как и прочие девиации неудавшихся детей. На уже вторые два часа сорок минут найдется лишь пара физически привлекательных существ — это спортсмены из команды злых колдунов и отпетых негодяев «Слизеринг». Красота, особенно классического европеоидного толка, — здесь метка порока и врожденного зла. Аминь.

В «Тайной комнате», которая в многожанровой саге о Поттере занимает нишу готического детектива, отрабатывается тема низкого происхождения. Один из четырех колдунов — основателей школы волшебников Хогвартс, чернокнижник Салазар Слизеринг, спрятал где-то на территории Хогвартса страшное зло — Монстра, вид которого столь ужасен, что всяк на него взглянувший умирает (всяк взглянувший на его отражение впадает в кому; первой в кому впадает кошка завхоза). Найти и отомкнуть тайную комнату положено прямому наследнику Слизеринга и чистокровному колдуну. По обнаружении коматозной кошки в школе начинает бродить бунтовская мысль. Генерируют ее, естественно, злодеи слизеринговцы. Мысль заключается в том, что негоже держать в заведении столь древних традиций учеников-полукровок, у которых волшебник только один из родителей, а то и вовсе безродных, у которых колдунов в роду и в помине не было. Первой от слизеринговцев по башке получает Гермиона: она оказывается безродной (что можно было предположить по ее нервному поведению на церемонии распределения по факультетам в первой серии). Поттер начинает искать тайную комнату, попутно переживая страшные предчувствия, что он-то и есть потомок злодея Слизеринга, а Гермиону успокаивает великан Хагрид: «Ты такая же, как и все. За тысячу лет столько народу переженилось — сейчас чистокровных поди и не осталось».

Очень хорошо! Радуйся, Гермиона: ты — выродок в выродившемся обществе. Такая же, как большинство.

Воспитательное значение «Гарри Поттера» переоценить, как говорится, невозможно. До либеральных родителей, которые не считают нужным следить за увлечениями своих детей, я считаю нужным донести, что втемяшивают детям на «Поттере». В отличие от сказок прошлых лет, развлекательно-лирических Муми-троллей да Мэри Поппинс, «Поттер» — скорее подготовительная образовательная игра, сродни компьютерной, нежели простосердечная литература. История залезает в сердца маленьких фантазеров исподтишка: вот мальчику приемные родители не давали развернуться, говорили, что он напичкан вредными фокусами, а мечта сбылась, и фокусы очень пригодились крупной организации. Правда, что чем больше детей одергивают, тем с большим напором они завоевывают себе место под солнцем космонавтики, дипломатии, шоу-бизнеса или чего они там еще себе напридумывали — и, как правило, достигают цели. Негативизм по отношению к родителям — адская движущая сила личного прогресса. Пока все окей. Затем фантазера в положенное время (в середине первой серии) осекают: ты в волшебное зеркало-то гляди, да не заглядывайся; мечты с ума сводят, живи в реальности и действуй. Дальше идет воспитание идеального винтика в хорошо отлаженном механизме буржуазного общества. Поттер исправно ходит на занятия и нарушает режим только в тех редких случаях, когда системе управления школой грозит опасность — чтобы опасность ликвидировать и хорошо учиться под надзором дальше. Он приемлет идеалы правящего класса настолько, что когда возникают малейшие намеки, будто его колоссальная магическая сила, возможно, передана ему злым колдуном и выбери Поттер путь зла (читай, бунта), он мог бы добиться мирового владычества, Поттер первым сжимает кулаки и стискивает зубы, только бы его энергия не нарушила существующий порядок. Он лучше будет хорошо ловить мяч в квиддиче и прилежно делать уроки, чем попрет систему и переделает ее под себя. Себя — без определенного социумом места — у него просто-напросто нет. А так он имеет все шансы, переводя на язык реальности, стать менеджером первого звена.

Дорогие родители, ваши детские герои, детские идолы XX века, по сравнению с Поттером — леворадикалы. Карлсон — люмпен. Винни Пух — и вовсе анархист. Хилые зачатки критики частной собственности, имевшиеся в «Поттере» (злые и тупые мещане — дядя и тетя Гарри — живут на Private Street), были благоразумно выведены за ухо при переводе на русский: Частная аллея стала Липовой. В снежный ком реакционных идей, скатавшийся к финалу «Философского камня», в «Тайной комнате» вставляют морковку политической корректности. Причем с радостным «ура!». Конечно, быть расистом никудышно; но, простите, даже с точки зрения Николая Николаевича Дроздова, что ж веселого в вымирании вида? Потом, раз чистокровные колдуны — гадостный пережиток, чего же тужиться, сдавать экзамены и грызть гранит науки в заведении этих пережитков? Создайте свою культуру — к чему рядиться в тех, кто вам неприятен, и под прикрытием их традиций отвоевывать собственное благополучие? Куда вы лезете, мисс Гермиона?

Это по поводу идей, которые втемяшат нашим детям. Теперь полезная информация для тех взрослых, которые сами развлекаются «Поттером», да так истово, что загодя бронируют билеты на полуночные сеансы «Поттера», потому что на семь и десять вечера раскуплены. Вторая серия принципиально отличается от первой только двумя вещами. Первая — монтаж; спеццену на билеты продюсеры решили отработать метражом. Необходимые для внушительности 160 минут организованы следующим образом. Если, например, неуклюжий великан Хагрид совершает умилительное общественно полезное деяние, то следом необходимо отнаблюдать еще шесть обязательных планов в нагрузку: 1) раздосадованный злодей Драко Малфой хватается за голову; 2) Гарри Поттер одобряюще кивает; 3) Гермиона плачет слезами просветления; 4) рыжий Уизли восхищенно разевает рот; 5) Мэгги Смит в роли профессора Минервы МакКонагалл высокохудожественно сдерживает улыбку счастья; 6) Ричард Харрис в роли директора Дамблдора еле сидит, и по выражению его лица понятно, почему великий («Такова спортивная жизнь», «Красная пустыня») и не такой уж дряхлый актер преставился на съемках второго «Поттера» — редкий случай, когда уместно вспомнить классика с его «не вынесла душа поэта». 

Второе. Чудовищ по сравнению с «Философским камнем» несравнимо больше, и это прекрасно. Среди прочих задействованы все пауки-переростки, которые не вышли из строя в ходе съемок «Атаки пауков», проходивших в соседнем павильоне Warner Brothers парой месяцев раньше. Что же до Монстра, появляющегося, как положено в настоящем детективе, в одну из последних минут, у меня его проекция на экран вызвала ту же реакцию, что у завхозовской кошки: впал в кому. Белый Бим Черное Ухо — тот поопаснее будет, Змей Горыныч из «Кащея Бессмертного» 1941 года — поманевреннее.

Вот такие новости. А так — вполне себе «Гарри Поттер».

Текст
  • Алексей Васильев